005 Обращение времени вспять. Новое Средневековье

Итак, до XX века история выглядела как атомизация, расталкивание, разбегание социальных субъектов. Произошел акт Творения, большой социокосмический взрыв, и появившееся на свет единое прачеловечество изначально было подвержено закону разбегания и распада. Точнее, все выглядело так, как если бы все формы исторической субъектности возникли разом, при этом более поздние формы культуры и цивилизации пребывали поначалу в оболочке традиции, как в чреве матрешки, постепенно высвобождаясь и приобретая автономию.

В начале века ковчег цивилизации прибыл в Порт каменных бурь.

Сейчас, оглядываясь из последних лет этого века, самого чудовищного и грозного не только во втором тысячелетии, но и во всей Истории, можно видеть, что разбегание сменилось-таки сближением. Это, быть может, не главный его итог, но достаточно откровенный знак итога.

Во всем мире прорезались обратные тенденции, особенно очевидные на Западе, дошедшем до крайних пределов социального дробления.

Атомарные индивиды все чаще не довольствуются реализацией своих интересов через машину выборов и систему партийного представительства. Они слипаются в протокорпоративные структуры “гражданского общества”, которые, как редуктор, эффективно передают на государственные шестерни давление игнорируемых демократией меньшинств.

Независимые и успешные предприниматели в здравом уме и трезвой памяти добровольно объединяются в новые корпорации.
Новые секты как губки впитывают в себя растущую массу недавних индивидуалистов, интеллектуалов и рационалистов, которые впадают в наркотическую зависимость от их общинного быта и совместных медитаций.

Большинство подобных тенденций почувствовал и предсказал еще Бердяев в маленькой брошюре “Новое Средневековье” , напечатанной в Берлине за десять лет до прихода Гитлера к власти. Что перед нами – новое или старое? Прогресс или регресс? Время идет вперед или вспять? Мысль философа состояла в том, что начинается совершенно новый виток развития уже за пределами Истории — не возвращение к старому, а возобновление его утраченных достижений на основе всех приобретений нового и новейшего времени.