165 1. Роман бизнесмена с менеджером, или откуда берутся корпоративные предприниматели

Среди нас присутствуют добровольцы, по просьбе которых был организован семинар по корпоративному принятию решений. Мы провели несколько встреч, на которых предприняли поиск решения мотивационной проблемы концептуального проектирования, поставленной на предыдущей лекции. Удалось получить интересные результаты, с которыми решено ознакомить всех однокурсников. Так сложилось, что изыскания вылились в форму романа о похождениях предпринимателя Васи, которого мы застаем в прологе циничным банкиром и убежденным противником какого-либо менеджмента, а в эпилоге оставляем сознательным творцом системы корпоративного принятия решений. Но что за роман без любовной интриги? Будь я профессиональным преподавателем, непременно развернул бы широкое полотно запутанных отношений банкира Васи с очаровательной вуменеджеркой, поведал бы, как они долго идут навстречу с разных сторон, сперва не подозревая друг о друге или даже негативно относясь друг к другу (вуменеджер с пониманием, что форма деятельности классических банкиров обречена, а банкир с убеждением, что все управление – пустая трата денег). Быть может, к весеннему семестру – с учетом конъюнктуры – удастся подготовить спецкурс “Сексология корпоративного управления и предпринимательства”. А сегодня за отсутствием времени и способностей я только обозначу контуры этого важного сюжета. На примере похождений нашего славного банкира Васи постараемся понять, каким образом структура и сама идея корпоративного принятия решений вырастают из повседневных потребностей развития предпринимательства.

Приступая к сочинению романа, нужно помнить, что мы начинаем не на пустом месте, и в полной мере опираться на культуру и традицию. Здесь невольно приходит на ум русская народная сказка о молодильных яблоках, в которой – истинный исток и тайна нашей романистики. Для меня она – нескончаемый источник мудрости, емких образов, сюжетных линий и афоризмов.

Иванушка-дурачок отправляется за молодильными яблоками, чтобы продлить жизнь своего венценосного родителя – а ведь это основная тема русской мысли: воскрешение предков. По дороге с ним случается масса приключений.

Например, он на полном скаку роняет перчатку и кричит коню: “Стой! Стой! Перчатка импортная, кожа австрийская!” — на что тот отвечает: “Покуда ты, Иванушка, эти слова говорил, мы уже 300 верст проскакали”. Жизненная позиция коня мне очень симпатична, всегда хотелось иметь дело с такими конями. За время, пока произносится актуальный вопрос, вы уже проскакали 300 верст в своем развитии и вопрос потерял актуальность (по крайней мере для вас, но, к сожалению, не для всадника).

Там есть поразительный образ Нагай-птицы, на борту которой Иванушка отправляется в полет в какое-то (не помню) судьбоносное царство, но в дорогу по своему разгильдяйству, несмотря на настойчивые советы, берет недостаточный запас топлива (правда, птица заправлялась мясом, а не керосином). И когда до взлетно-посадочной полосы остается еще изрядное расстояние, птица сообщает, что топливо на исходе. Тогда Ваня, будучи истинно русским человеком и предвосхищая подвиг Данко[1], оттяпывает часть икроножного мускула, кормит птичку собственным мясом и успешно совершает мягкую посадку в заданном районе. Но, долетев до места, птичка, в благодарность к своему герою и с пониманием его нужд срыгивает мясо обратно, и оно прирастает. Несколько жутковатый, но правдивый образ российских реформ.

Однако ближе всего к теме нашего романа коллизия между Ваней-дураком и царевной Синеглазкой. Они начинают с абсолютного взаимного непонимания и неприятия, их отношения развиваются через острый конфликт, но приходят к полной гармонии.

Синеглазка во главе взвода десантниц-богатырок сторожит в секретном саду молодильные яблоки. По периметру стены, ограждающей спецсад, натянута струна – охранная система сигнализации, а сами охранницы во главе с Синеглазкой ночью спят богатырским сном и при этом сочно храпят. Когда Ваня, перемахнув на коне через ограду, набивает полные мешки яблок, конь ему говорит человеческим голосом: “Слышь, хозяин, перебор! У меня по инструкции грузоподъемность не больше тонны”. Но Ваня, прикидывающий в уме рыночную стоимость яблока с учетом инфляции, не внемлет. На обратном пути перегруженный конь, естественно, цепляет копытами за струну, богатырка Синеглазка вскакивает и в чем была (в камуфляжном пеньюаре) во главе дамского спецназа устремляется в погоню. Воображаю голливудский фильм “детям до 16” на эту тему…

В общем, она гонится за похитителем, настигает его в чистом поле, где и происходит схватка. С утра до вечера Ваня бьется с Синеглазкой с помощью самбо, джиу-джитсу и у-шу, на мечах, топорах и т.д. К вечеру они переходят на кинжалы. Наконец, когда солнце касается горизонта, Ваня, поскользнувшись на банановой кожуре, подворачивает ногу. Синеглазка оказывается “в позиции сверху”, приставляет ему кинжал к горлу… И в этот высокотрагический миг наш герой, мысленно взвесив два возможных исхода, вздыхает и говорит: “Слушай, Синеглазка! По-моему, мы чем-то не тем занимаемся”. Она охотно соглашается, и противники немедленно идут под венец. Более превосходного хеппи-энда я в литературе просто не знаю.

В принципе в любом романе можно выделить две чистые линии – это, безусловно, любовный роман и роман приключений, то есть оба типа, которые сейчас порознь пользуются популярностью у разных половин населения. В центре мужского романа герой, который отправляется в опасное путешествие или берется за рискованное дело. Все, чем он располагает, – это широкие плечи, смелый взгляд, умение стрелять от бедра по-македонски... В ходе странствий и борьбы он должен разменять эти достоинства (очевидные), а также другие, неочевидные достоинства, на нечто, стоящее на кону, некий приз. И когда роман заканчивается, выясняется, что вожделенный приз – конечно же, социальный статус и всенепременно прекрасная, добрая, умная, все понимающая жена. А главная интрига сюжета в том, что, наряду с очевидными достоинствами (типа ширины плеч и стрельбы от бедра), герой романа располагает и неочевидными (например, он хочет найти истину или справедливость; он, в принципе, не всех собирается “мочить”, а только тех, кто обижал слабых). Но, к сожалению, внимание окружающих привлекают именно очевидные достоинства.

Точно так же имеется и женский роман, где героиня – чуткая, кроткая, с бездонной душой и неземной красой — она тоже отправляется в странствия или опасные похождения. На финише у нее, естественно, тоже социальный статус и всенепременно какой-нибудь добродетельный граф или виконт в роли законного супруга. К сожалению, проблема сюжета, опять-таки, в том, что у героини есть очевидные достоинства (неземная краса, лебединая грудь...) и неочевидные (морально-нравственные), которые не видны. На очевидные достоинства, естественно, клюют все подряд. В случае с мужским героем его тут же вербуют во все банды, потому что их интересуют именно стрелковые качества, а отнюдь не поиски истины. Точно так же к неземной нашей красе подкатывает прежде всего гормонально озабоченный субъект в национальном головном уборе. (Причем, дело не в том, какова его национальность, а в том, что лица, которые подчеркивают свою этничность, демонстрируя ее внешние атрибуты, явно принадлежат к архаическому укладу.)

Но в обоих романах герои неизменно, преодолев массу искушений, испытаний, опасностей, прибывают с двух сторон в тихую гавань. Как правило, если внимательно всмотреться в того, с кем встречается в конце женского романа героиня, – это герой мужского, и наоборот.

Таким же образом я хотел бы построить учебный сюжет, или киносценарий, где героем является наш пассионарный банкир Вася, а героиней – очаровательная вуменеджерка, которая виртуозно владеет секретами корпоративного управления и предпринимательства.

Поначалу они видали друг друга в гробу. Естественно, наш бизнесмен, как я и говорил, заинтересован просто в том, чтобы “варить бабки”. Он глубоко сомневается в пользе какого бы то ни было консалтинга по вопросам управления. Он считает, что все менеджеры – жулики, и справедливо опасается заводить аппарат, потому что аппарат ему тут же сядет на шею. Он хотел бы все проблемы, даже организационные, решать экономическим путем. Вместо того чтобы созывать совещания и составлять квартальные планы, он просто говорит: “Гриша, если сделаешь это, получишь 15%”.

А наша вуменеджерка, владея в полном объеме всеми приемами корпоративного управления, сразу хотела бы построить многоуровневую иерархическую систему принятия решений, которая основана не только на генетическом методе развертки, но и на обширной библиотеке моделей. И она может с блеском обрисовать необходимость всего этого. Она даже слыхала про метаисторию. Но то ли она плохо знает бизнес, то ли забыла про данный предмет и не хочет вникать в архаическую психологию циничного банкира Васи.

Я хотел бы показать, каким образом наш герой-предприниматель, будучи в прологе романа таким, как я его описываю, в эпилоге идет под венец с вуменеджеркой, и они находят полное взаимопонимание, создают совместную корпорацию, где каждый выполняет взаимно полезные функции. Более того, Вася имеет все шансы попасть под каблук, так как его форма деятельности архаичнее.