159 5. Нормативное проектирование и “путь Дао”

Перечисленные проблемы хотя и связаны с содержанием самого метода, но скорее могут рассматриваться как внешние по отношению к нему. Теперь поговорим немного о внутренних проблемах, т.е. имманентно присущих методу как таковому.

Главное, родовое, качество концептуального проектирования состоит в том, что оно нормативно.

Что можно противопоставить нормативному проектированию?

Если кто-то не слышал про «путь Дао», я попытаюсь объяснить на простых примерах, что это такое. Китайские мудрецы, которые следуют пути Дао, ничего нормативно не проектируют. Они как бы скользят вдоль незримых линий естественного развития, и поэтому им не надо напрягаться. Есть известный даосский афоризм: “Сядь на берегу реки и жди, и волны принесут тебе труп твоего врага”.

Все достигается через мудрое недеяние. Нужно просто сесть на берегу, а волны принесут вам все, что вы хотите. Секрет лишь в том, что нужно точно знать, какая требуется река, который из берегов, в каком именно месте сесть и в какое время. А если вы что-нибудь перепутаете (например, сели в правильном месте, но не в то время), на вас упадет баобаб или часть берега обрушится, и волны уже вас понесут к тому даосу, который вас “заказал” (он сел ниже по течению в правильное время). Так что, если вы мудрец, правильно идущий путем Дао, то все получаете естественным путем, все приходит само собой и ничего не надо нормативно проектировать.

Итак, есть нормативное проектирование и есть путь Дао. Постараюсь объяснить практическое различие между ними на примере, мне гораздо более близком.

Первая моя дипломная работа на физтехе (как и вторая, тоже заброшенная) была посвящена перехвату спутника на орбите. Задача была, мягко говоря, достаточно прагматической: вот орбита, по которой движется космический аппарат супостата; а вот орбита, по которой летим мы на корабле “Красный октябрь” (ныне, соответственно, “Двуглавый орел”). И нам надо перехватить противника или (в мирном варианте) попросту состыковаться.

Советская система сближения в 70-е гг. работала сермяжно: командир “Красного октября” наводил визир на мишень, командовал: “Н-но!” — двигатели выстреливали газовой струей назад, и корабль устремлялся вперед. Но коварные особенности космического пространства приводили к тому, что тут же возникали всякие там силы Кориолиса[1], неожиданные боковые ускорения – в космосе нет прямой дороги. И поэтому корабль вдруг кренился набок, закручивался и улетал куда-то не туда. Цель уплывала из визира, командир выкрикивал грубые слова в открытый космос (зря смеетесь, это чревато серьезными последствиями: например, космонавт Хрунов[2] загубил свою карьеру, потому что в прямом эфире охарактеризовал емким образом акт вхождения стыковочного штыря в стыковочный конус), потом вновь наводил визир и вновь командовал “Трогай!”. Так приходилось делать по многу раз, покуда перехват наконец не осуществлялся.

В чем тут проблема? Сложно было рассчитать траекторию сближения. Система уравнений аналитически не решалась. Если бы мы получили точное решение задачи выбора траектории перехвата, потребовался бы всего один точечный импульс в неожиданную сторону, куда-то вбок или, может быть, назад. Корабль-перехватчик описывает красивую многолепестковую фигуру и в нужный момент оказывается в точке, куда в этот же момент с другой стороны прилетает корабль-мишень. Это называется “метод свободных траекторий”. Чем совершеннее ваше знание, как у мудрецов-даосов, тем меньший импульс нужен. Он совершенно неожиданный и странный, исчезающе-малый, почти неотличимый от буддийского “недеяния”. И вы попадаете куда надо с минимальными затратами топлива. Но задача эта, повторяю, аналитически не решалась.

Американцы пошли по пути создания эффективных и компактных орбитальных ЭВМ. Они поставили бортовой компьютер, который производил сближение вполне советским дуболомно-итеративным способом (помните притчу о прапорщике и банане?). Просто компьютер-янки перестраивался и ускорялся молниеносно, поэтому они успешно сближались, холодно и рационально, безо всякого там буддизма-даосизма. У нас не было бортовых компьютеров нужного веса и габаритов. Но я выдам вам страшную военную тайну: в спускаемый отсек корабля “Союз” была вмонтирована свинцовая болванка весом 200 кг. Связано это было с тем, что никак не могли сделать нужную центровку, чтобы корабль входил с требуемым углом тангажа в плотные слои атмосферы. А если он войдет не под тем углом или, того хуже, начнет болтаться, то мгновенно сгорит на страшной скорости вместе с космонавтами. Т.е. 200 кг бесполезного груза на корабле было, но советский компьютер в эти весовые ограничения не вписывался.

Описанную задачку студенту-дипломнику удалось решить. Если здесь есть математики, они поймут – оказалось достаточным ввести вместо обычных декартовых координат X, Y, Z сферические вращающиеся координаты. И в этих координатах задача решилась аналитически. Т.е. удавалось пока обойтись без бортового компьютера, достаточно было посчитать на логарифмической линейке (если только в невесомости вам удастся ее поймать налету).

Мой рассказ предназначен не для того, чтобы описать муки отечественного ВПК или догадливость студентов физтеха, а чтобы пояснить, что такое “путь Дао”. Если вы знаете закономерности космических форм движения, то не нужна цистерна горючего и “Пентиум II”, не нужно так напрягаться, можно достигать цели методом свободных траекторий. Не придется проектировать и перепроектировать организацию с такими муками и за такие деньги “методом тыка” по тысяче раз, если у вас имеется адекватная концепция. Весь вопрос в том, где взять эту концепцию и чему, собственно, она должна быть “адекватна”.

Редукционистский нормативный подход является грубой рабоче-крестьянской альтернативой загадочному пути Дао. Вы берете те концепции, что есть, и из наличного материала клепаете проект по принципу “я его слепила из того, что было”... Это мучительно сложно, дорого и требует могучих компьютерных систем. Мы опять упираемся в вопрос о нормах нормативного проектирования. Это следующий этап нашего тернистого пути к тайнам современного менеджмента.