116 4. Дюркгейм: проблема нескоординированности регламентации

Начнем с регламентации как таковой и ее системных качеств. Дюркгейм пишет:

“Чем более солидарны члены общества, тем более поддерживают они разнообразные отношения как друг с другом, так и с группой в целом. С другой стороны, число этих отношений непременно пропорционально числу определяющих их юридических правил”.

Он не говорит, что отношения и юридические правила — это одно и то же. Он говорит, что есть некая пропорциональность. Могут быть и другие правила, но чем больше отношений, тем больше юридических правил. Он пытается использовать юридические правила как контур, на который опирается, с помощью которого нащупывает эту неуловимую социальную солидарность. Он пытается понять, каким образом соотнести в этих агрегатах высших типов задачу целостного развития себя как личности с задачей стать узким спецом, высокооплачиваемым профессионалом.

“Мы знаем, в самом деле, что повсюду, где ее [органическую солидарность] наблюдают, встречают в то же время достаточно развитую регламентацию, определяющую взаимные отношения функций”. Итак, Дюркгейм впервые произнес магическое слово “регламентация”.

“...О. Конт заметил... угрозу для общественной связи, вызванную чрезмерной специализацией... факты некоординированности, сопровождающие иногда развитие разделения труда”.

Т.е. разделение труда развивается, и это хорошо. Все больше разных профессий, все плотнее связи социальной солидарности. Но при этом возникает нескоординированность, все запутывается, интересы сталкиваются, регламентация разрастается. И оказывается, что явление, работающее на солидарность, само несет проблемы. Он пишет:

“Для существования органической солидарности недостаточно, чтобы была система органов, необходимых друг другу и ощущающих в целом свою солидарность. Нужно еще, чтобы способ, которым они должны сотрудничать, был определен заранее если не для всех возможных случаев, то, по крайней мере, для наиболее распространенных. Иначе приходилось бы постоянно прибегать к непрестанной борьбе, чтобы органы могли приходить в равновесие, ибо условия этого равновесия могут быть найдены только беспорядочными попытками...”

Это впрямую относится и к проблемам преступного мира, потому что если вопросы и конфликты не решаются “по понятиям”, на основе старых законов, гарантами которых выступают “воры в законе”, тогда возникают разнообразные “разборки” и “стрелки” (а на самом деле никто не хочет стрелять) и в конце концов все это скатывается в хаос беспредела. Если имеются установленные заранее способы регламентирования, тогда можно приступать к ожесточенной борьбе уже не всякий раз, когда любые два органа сталкиваются, а только в тех случаях, когда их столкновение выпадает из сферы уже регламентированной и является какой-то уникальной проблемой. Тут уж ничего не поделаешь!

“Мы знаем, кроме того, что договор недостаточен сам по себе, — пишет Дюркгейм. — Он предполагает регламентацию, которая расширяется и усложняется вместе с самим существованием договора”. Любой договор, который заключают между собой органы, действует в поле уже существующей регламентации, в контексте.

“Если разделение труда, — пишет Дюркгейм, — не производит солидарность, то потому, что отношения органов не регламентируются”.

Вот какой плохой бюрократ этот самый Дюркгейм, призывающий к тотальной регламентации.