101 5. Теоретический и эмпирический подходы к поиску метаисторических форм

Итак, если метаистория существует (а этот вопрос мы будем разбирать дальше), тогда она состоит просто в том, что надстраиваются новые формы деятельности выше технологической, организационной и экономической, которые превращают их в свой предмет. Приходят некие супермены, для которых современная экономика служит не игрой, в которой они участвуют, а набором игрушек, с которым они обращаются как с конструктором. И из этого конструктора они возводят нечто принципиально новое. Как же можно показать, что существует некий загадочный постиндустриальный менеджмент, некие корпоративные процессы принятия решений? Мы должны найти такую форму деятельности, для которой современная политика, современная организация — не игра, в которую они играют, а опять-таки новый суперконструктор, с которым они обращаются как с набором элементов. Из его кубиков они складывают нечто с традиционной точки зрения невозможное.

Наша задача — постараться подойти к этому с двух сторон, теоретической и практической.

Возможно ли теоретически придумать, построить, нарисовать, найти форму деятельности, которая будет отвечать этим требованиям? Возможно ли существование таких суперменов — постисторических, метаисторических агентов, которые выходят за рамки игры и начинают сами устанавливать новые правила для нее? Если уподобить игру климату, вопрос будет звучать так: возможно ли из мира, где мы, ощущая все превратности инвестиционного климата на собственной шкуре, в состоянии в лучшем случае с переменным успехом предсказывать финансовую погоду, —перейти в мир, где мы сами будем управлять погодой? И появились ли уже в современном мире экономической погоды субъекты, которые могут погоду делать?

А с практической стороны — нужно внимательно всмотреться в новые феномены мировой экономической системы, плохо объяснимые с традиционных позиций, и постараться понять: возникли там некие супермены, носители форм метаисторической деятельности, или все это мифы конспирологии?

Центральный вопрос повести Стругацких “Волны гасят ветер”[6] заключается в том, что молодой чекист будущего Тойво Глумов, который отработал свой срок на дальних планетах (он внедрялся туда под личиной местного жителя и тайно способствовал прогрессу рынка, демократии и свободы), подумал: “Если мы, земляне, являемся прогрессорами на дальних планетах, то нет ли сверхцивилизации, представители которой скрытно присутствуют среди нас и способствуют нашему земному экономическому и иному прогрессу, исходя из целей, ценностей и критериев, нам недоступных? А если они есть, нельзя ли их как-то изловить?” Тогда был развернут проект под названием “Визит старой дамы” с целью проанализировать все загадочные и непонятные истории, происходившие на Земле в обозримом прошлом и настоящем, чтобы отделить те из них, которые объяснимы естественным путем на основе имеющихся теорий, от тех, за которыми могут угадываться действия некой загадочной сверхцивилизации Странников...

Вот и нам нужно разобрать несколько историй, подобных скандалу с Иваном Бойским, чтобы понять, то ли все это современная мифология (и тогда мы пригласим какого-нибудь доцента с кафедры экономики и он блестяще объяснит все с помощью Самуэльсона, Брю и Макконнелла, или, на худой конец, Шумпетера); то ли это с классической точки зрения необъяснимо и, следовательно, мы сталкиваемся с феноменом постисторических, надэкономических форм деятельности.

В терминах устаревшего отмененного марксизма этот вопрос звучал бы еще более кощунственно: то ли действительно на коммунизме история заканчивается (а теперь, соответственно, на капитализме, как учит марксист Фукуяма), то ли все же есть какие-то загадочные супер- или метаформации, которые имеют наглость существовать и возникать после коммунизма (капитализма) и быть постисторическими[7]? Есть они или их нет?

Ответ на этот вопрос конкретно надо соотнести с ответом на вопрос о профориентации. Если искомые формы существуют — тогда у менеджмента есть будущее. Если их нет, тогда ваш факультет является неким рудиментом, учрежденным бизнесменами с целью готовить для себя наемных клерков. Поэтому, когда я сейчас перехожу к разбирательству вопроса о том, существует ли метаистория, — имейте в виду, что я вовсе не уклоняюсь в философские дали, а по-прежнему честно пытаюсь ответить на вопрос о том, за кем будущее, за “менеджментом” или “бизнесом”.