096 4. Обращение эволюции вспять. Управление и экономика в Новом Средневековье

Меня сейчас в этой истории интересует главное: создается впечатление, что ход истории повернулся вспять. Если (как было установлено) правильное соотношение заключается в том, что игра под названием “рынок” содержит внутри игру под названием “политика”, тогда для меня игра под названием “политика” перестает существовать. Т.е. политики могут делать что угодно (постановлять, делегировать, разделять), а я просто их куплю на корню. Могу купить всю Комиссию по бирже и ценным бумагам, и либо она превратится в моего тайного лоббиста, либо все чиновники перейдут работать в мою корпорацию.

Но в рассматриваемом случае происходит нечто обратное. корпорация Дрэксел заработала деньги способом, который трудно счесть чисто экономическим. Они там, вероятно, использовали качественно новые базы данных, которые позволили получать и обрабатывать информацию одновременно о многих тысячах корпораций—эмитентов мусорных акций и с ними содержательно работать, имея аппарат отнюдь не госплановского масштаба. За счет применения каких-то информационных, судя по всему, управленческих средств, за счет новой менеджмент-технологии они встряли в схватку экономических гигантов. Потому что дело-то, коллеги, оказалось более чем серьезным. Когда, наконец, в какой-то момент среди всех этих всплесков, брызг на поверхность океана вынырнули дерущиеся — выяснилось, что корпорация Дрэксел сражалась не с кем иным, как с “Мерилл Линч” — одним из китов традиционного бизнеса. И хотя в конце концов они проиграли, минимум несколько раундов они держались достойно. Вынырнув буквально из небытия, эта корпорация сразу проявилась на фондовом рынке как один из главных игроков. И если она и проиграла, то по крайней мере весы колебались до последнего момента. Кстати, и проиграла-то она не столько в рыночной игре, сколько благодаря вмешательству правительства на стороне противника.

Получается, что за счет использования качественно нового ресурса в управленческой игре мы внезапно меняем правила игры экономической. Это одно из тех событий, которые наводят на самые серьезные размышления. По меньшей мере, мы должны так расширить наши понятийные средства, чтобы понять, каким же образом развитие отношений между бизнесом и менеджментом может пойти в обратную сторону. Откуда падают новые правила и почему их оказалось возможным изменить только сейчас? Почему и птолемеевский Египет, и легистский Китай, и могучая советская административно-командная система со своими госпланами и даже с вычислительными машинами, с общегосударственной автоматизированной системой — почему все они не справились с задачей управления научно-техническим прогрессом, а “проклятые империалисты” справились, хотя плановая культура у них вроде бы не должна быть такой уж высокой? И если они справились, не является ли введенный ими в дело ресурс принципиально новым, своего рода атомным организационным оружием, которое заставит нас хотя бы отчасти пересмотреть традиционный взгляд на вопрос, кто главнее?

Бизнесмен на Западе, безусловно, выше политика — но является ли корпорация Дрэксел политическим игроком? Что это за игра, в которую они играют? Я лишь ставлю этот вопрос — окончательного ответа на него пока нет.

История с Бойским – лишь один из примеров того, что целый ряд тенденций и процессов в современном обществе как бы обратился вспять, пошел в сторону “Нового Средневековья”. Например, обратите внимание на то, что на Западе тем временем появились разнообразные новые информационные технологии, что там, к примеру, возникли электронные деньги, которые вроде бы не совсем деньги. Если посмотреть с этой точки зрения на эволюцию платежных средств, то опять-таки представляется, что и она пошла в обратную сторону. Деньги — самая абстрактная вещь на свете. Если у вас есть доллар, то неважно, чьим он был до вас и за что получен. На нем не написана ваша фамилия. Но кредитная карточка связана с неким вашим персональным счетом. Это означает, что данные деньги – ваши и только ваши, они связаны с определенной персоной. Кроме того, развитие идет таким образом, что можно все более и более полно выяснить источники тех средств, которые упали к вам на счет. Деньги начали развиваться вспять: от абстрактного платежного средства, от чистого ресурса, который не принадлежит никому (если вы его выиграли на рынке – он стал вашим), платежные средства начинают эволюционировать в обратную сторону, теряют свое свойство надперсональности, и все более превращаются во что-то до боли напоминающее послевоенную карточку на хлеб.

Наряду с целым рядом преимуществ, состоящих в том, что их становится труднее украсть (хотя можно), что они позволяют “ущучить” значительную часть традиционных криминальных способов “отмывки” (но не все, конечно), электронные деньги, как ни странно, начинают ограничивать свободу своего владельца. Становится труднее красть у общества (что вроде бы хорошо). Однако надо еще соизмерить выгоды, которые я получаю за счет ограничения возможностей нехороших людей красть деньги у меня и у общества, и ограничения моих возможностей уклоняться от налогов и пользоваться “черным налом”...

Новейшими героями современного Запада ныне являются уже не экономические джокеры, не магнаты периода первоначального накопления типа Дж. Пирпонта Моргана[1], а компьютерные хакеры. Напоминаю, что это люди, которые бродят по информационным сетям не только с целью развести там новые вирусы или запустить не принадлежащую им ракету “Минитмен”, но с конкретной целью разжиться закрытой информацией или стать агентами финансового рынка, только с заднего крыльца. Оказывается, что молодой человек, который сидит дома в обнимку со своим компьютером, подключенным к телефонной сети, может, в принципе, залезть в банк на другом конце земли и успешно припасть к животворному источнику финансового ресурса, который ему не принадлежит. Более того, когда таких хакеров хватают за руку, часто оказывается, что они законов вроде и не нарушали, потому что законодательство в этой сфере весьма несовершенно. Но обратите внимание, новый герой-хакер по своему происхождению никакого отношения к экономике не имеет, зато он имеет отношение к новой информационной технологии. Возникают корпорации, которые используют хакеров сознательно... И целый ряд подобных феноменов, примером которых является история Бойского, наводит на мысль, что не все так уж однозначно в отношениях бизнеса и менеджмента, и, похоже, не надо торопиться менять специальность.