082 5. Технология, организация и экономика как формы производства

И последнее разграничение в этой особо сложной части лекции. Напомню, я ввел представление о формах деятельности, о разнообразных соотношениях между ними, о трех частных типах, на которые делится все множество социальных форм деятельности. Дальше нам понадобится разделить все многообразие первого из этих типов — форм производства — еще на три части, которые я назову “технологией”, “организацией” и “экономикой”. В нашей книге “После коммунизма”[5] наряду с ними вводятся сопутствующие им понятия “энергия”, “информация” и “стоимость”. Но их строгие определения вряд ли на данном этапе облегчат вам жизнь. Попробую создать у вас некоторое представление о содержании этих понятий, пользуясь языком образов.

Скажем, я — неандерталец. Я смотрю на природу и вижу в ней разные силы: силу огня, силу воды, силу ветра. Мне нужно добыть еду. Хорошо бы поймать мамонта. Собственных силенок для этого маловато. Тогда я беру силы из природы и использую их в качестве своих. В процессе использования сил природы я устанавливаю между ними разные отношения.

Когда из разных сил природы, как из элементов конструктора, собирается новая, искусственная, “сила”, подчиненная нуждам человека, тогда на свет и появляется технология. “Технология” — хитрая машинка, которую люди строят из разных сил природы, соединяя их между собой наподобие радиодеталей и получая стенобитную машину, самогонный аппарат, лошадь в чигире или видеоплеер. Например, технология изготовления копья включает в себя биохимический процесс дубления шкур, из которых затем режутся ремни, процесс обкалывания камней, рубку и шлифовку дерева... Потом нужно взять древко и обжечь на костре, заточить наконечник и проделать в нем отверстие, через которое потом продеть ремень и закрепить наконечник на древке. Это очень сложный набор разных сил природы, которые нужно соединить в строго определенном соотношении.

Здесь-то, кстати, и появляется такое понятие, как “энергия”. В физике энергию определяют, например, как механический эквивалент тепла, т.е. отношение между природными силами, которые человек соединил в технологическом процессе: между силой трения и силой огня. Никакой “энергии” самой по себе в природе нет. Не верьте, когда вам говорят: “Вот энергия. Она там была, туда перетекла, отсюда проистекла”. Энергия — это антропоморфное понятие, т.е. оно уместно только там, где есть человек, который работает с разными силами природы одновременно. Когда у человека, с одной стороны, есть механическое движение, а с другой — тепло и он хочет соотнести механическую силу, затраченную им на разжигание огня, и количество тепла, которое при этом выделяется, он вводит понятие “энергия”. Энергия требует разных природных сил и сознательно установленного отношения между ними.

Итак, “технология” — вещь одновременно и тривиальная, и очень сложная. “Технология” и связанная с ней “энергия” — первый шаг, первый искусственный посредник, который отделяет сукновалов от природы.

Аналогично на множестве различных технологий определяется организация. “Организация” — производственная форма деятельности, в которой соединяется множество технологий. В ней реализуется великая идея о разделении труда, специализации и кооперировании. Единый технологический процесс по изготовлению гаек и болтов мы с помощью Тэйлора расслаиваем на ряд операций. Мы устраиваем мануфактуру, где имеется набор станков, на каждом из которых осуществляется одна и только одна операция (к примеру, нарезка резьбы), и где на каждом из станков работает один человек, виртуозно и необыкновенно быстро выполняющий именно данную операцию.

Но чтобы люди работали синхронно, чтобы не оказалось, что мы сделали 100 болтов и всего 94 гайки, необходим управленческий аппарат, который обеспечивает стыковку производства, следит за тем, чтобы люди пришли на мануфактуру одновременно, чтобы станки не простаивали. Поэтому управленческий аппарат в рамках этой организации (конторы) вынужден обмениваться информацией о том, завезли ли для гаек сырье, запустили ли паровую машину, которая приводит в движение все остальные станки, все ли пришли на работу, какого размера точить головки для болтов, для всех ли болтов есть гайки...

Таким образом, соединение множества технологий в управляемую целостность, называемую организацией, требует такого феномена, как информация. По аналогии с тем, как вводится понятие “энергии”, для определения понятия “информации”, о которое в свое время разбились сотни лбов наших уважаемых кибернетиков, нужно иметь множество разных типов энергии и определенные отношения на этом множестве.

Итак, вторым посредником, который отодвигает сукновалов все дальше от природы, является “организация” и циркулирующая в ней “информация”.

Наконец, когда у нас возникла сеть организаций-мануфактур и они замечательно производят валенки (но иногда без галош) или гайки (но некоторые без болтов), возникает следующая проблема: как бы мы ни совершенствовали наше плановое хозяйство, как бы хорошо ни работали с информацией, какие бы балансовые “простыни” ни составляли, все равно в результате организационных сбоев возникает некий избыток гаек по отношению к болтам или наоборот.

В рамках организации лучшее, что мы можем сделать, — это выкинуть лишние гайки, устроив гаечное “Бостонское чаепитие”[1]; или ходить по лужам в валенках без галош, что чревато. Однако существует испытанный способ снабдить наши валенки недостающими галошами и использовать гайки по назначению, если для них не нашлось болтов. Любой студент ВШЭ скажет, что для этого нужно закрыть Госплан, учинить рыночную экономику и предложить всем производителям избыточных болтов-холостяков поискать торговцев заморскими незамужними гайками на рынке.

Как только следующая после технологии форма производства — организация начнет пасовать перед величием задачи “куда девать лишнее или где достать недостающее” (ибо балансирование в сложной системе, где производятся сотни тысяч, если не миллионы типов продукции, с помощью госплановских методов становится невозможно), на помощь пора призывать третью форму производства — экономику. Когда мы превращаем то, что производим, в некий товар, который, как говорят, имеет стоимость (не знаю — не проверял), тогда и возникает некая принципиально новая форма производства — “экономика”, в рамках которой это таинство осуществляется.

Понятие “стоимость” опять-таки можно строго определить как некоторое специальное отношение на множестве различных форм информации. Не пытайтесь сейчас напрягаться по поводу того, что я сказал, — к пониманию этого мы придем позже.

Я не буду залезать в профессиональную сферу, контролируемую экономическими кафедрами, чтобы не провоцировать “разборку”, — просто констатирую, что имеется некоторая иерархия различных форм производства. Я назвал исторически первую, простейшую, форму производства “технологией”; следующую, более позднюю исторически и более сложную, — “организацией”; и наконец новейшую и еще более сложную — “экономикой”.

Мы прошли очень трудный кусок, хотя, надеюсь, позже он покажется тривиальным. Напомню, что было введено понятие “форма деятельности” и указаны три ее частных типа:

— формы производства;
— формы общения;
— формы сознания.

Я также разделил формы производства на три вида:

— формы технологии;
— формы организации;
— формы экономики.