015 14. Страна непредсказуемого прошлого и необсуждаемого будущего

Как известно, Россия – страна с непредсказуемым прошлым. Что нам завтра преподнесут в качестве нашей истории – неизвестно никому. А покуда мы оказались разом и без прошлого, и без будущего.

Не знаю, что сейчас написано в школьных учебниках по всемирной истории, а в советских содержалась всякая ахинея, но она, по крайней мере, была логичной и понятной. Утверждалось, что сначала был дикий первобытнообщинный строй, потом рабовладение. Рабы, осознав свой классовый интерес, стали с остервенением бороться с рабовладельцами, потом наступил феодализм и рабы, на ходу переодеваясь в крестьян, продолжали классово мужать и бить феодалов, феодалы, видя такое дело, переквалифицировались в капиталистов, крестьяне – в рабочих, тут подоспели марксисты и внесли в них классовое сознание и т.д. и т.п. Факты истории как-то расфасовывались по этим клеточкам, по крайней мере, для мнемонических нужд. Правда, российская история изначально ни в какие понятийные ворота лезть не желала, но на это смотрели сквозь пальцы.

Теперь все окончательно запуталось. То, что считали мраком российского средневековья, переквалифицировали в расцвет европейского феодализма; позже оказалось, что никакого феодализма не было и в помине, а имел место дорабовладельческий азиатский способ производства. Раньше нас учили про тоталитарное татаро-монгольское иго, потом появилась диссидентская школа Льва Гумилева, которая объяснила, что имел место альянс верхушки феодалов Руси с руководством Орды, что татары здесь почти никого не обижали и между делом внесли колоссальный вклад в становление русской государственности. В Новгороде от учебника к учебнику правит то народно-вечевая демократия, то боярская олигархия, – и так во всем. Я уж не говорю про новую хронологию Фоменко[8]. Сейчас человек, интересующийся историей, находится в растерянности – перед ним куча несовместимых, откровенно идеологизированных точек зрения, все они довольно странного вида, все скандально препираются друг с другом, и нет даже ячеек, по которым можно хоть как-то разложить имена и даты.

То же самое произошло с будущим. Не успели мы привыкнуть к коммунизму и Третьему Интернационалу, который в качестве финальной стадии истории заменил Третий Рим, как нам сказали, что Россия выходит на магистральный путь развития человечества, каковой есть монетаризм и контролирование денежной массы. Едва мы на него вышли, как оказалось, что идти-то особо некуда, история уже окончилась на либерализме. Теперь же тамошние геополитики во главе с Хантингтоном проговорились, что либералы нас надули, никакого магистрального пути нет. И мы оказались в неинтересном положении, где вообще говорить что-либо о прошлом и будущем еще менее уместно, чем о веревке в доме повешенного.

Будущее отобрано у России ее неправильным прошлым, а прошлое рабски зависит от причуд будущего. Российская профессия – доводить общемировые противоречия и проблемы до крайности и абсурда.